Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

И куда ж вы плыли, древние новгородцы?

09 : 22    |    26.09.2014

При строительстве моста возле деревни Ситно нашли уникальное древнерусское судно XV века

Три недели назад СМИ облетела информация: в Новгородском районе, близ деревни Ситно, на дне реки Волхов обнаружили древнерусское судно. Да не просто какие-нибудь деревянные обломки, а почти целый корпус длиной 21 метр, шириной — 6,5. Оно углублено в плотный ил на один метр, из грунта выступают шпангоуты (поперечные ребра корпуса судна). Судно везло кирпичи, с ними и ушло на дно. Почему?

Искали мины, нашли…
В день моей командировки в Ситно вода в Волхове, казалось, стояла неподвижно — золотая осень, бабье лето. В зеркале воды отражались облака и строящийся мост. По плану скоростная автомагистраль М-11 «Москва — Санкт-Петербург» будет пересекать Волхов аккурат между деревней Ситно и поселком Ситно. Возведение моста здесь в самом разгаре. Признаться, даже не ожидала, что уже выполнен такой большой объем работ — кажется, еще немного, и мост соединит два берега. На самом деле, как значится на паспорте объекта, завершится строительство лишь в 2017 году. А сейчас на стройплощадке возведено трехэтажное общежитие для рабочих, задействовано большое количество техники.

Обследованием полосы отвода автотрассы М-11 занимался Инженерно-технический центр специальных работ и экспертиз. Наша газета уже рассказывала, как на территории Новгородской области специалисты этой организации совместно с поисковиками экспедиции «Долина» проводили поиск останков воинов, погибших во время Великой Отечественной войны, а также боеприпасов, оставшихся с той поры. На предмет безопасности исследовалось и дно Волхова в месте пролегания трассы. Вот таким чудесным образом при гидролокационном обследовании дна реки и был обнаружен объект больших размеров. Место его залегания расположено как раз под строящимся мостом.

Нулевая видимость
Случилось это еще в конце мая. Новгородского подводного археолога, председателя Новгородской областной Федерации подводной деятельности и научного сотрудника Института археологии Российской академии наук Айвара Степанова пригласил к сотрудничеству Инженерно-технический центр специальных работ. Айвар Владимирович выехал в район деревни Ситно на проверку акватории, была сделана съемка, и на сонограмме обозначился объект. Как подводному археологу ему с первого взгляда стало совершенно ясно, что это корпус какого-то деревянного судна. Однако без водолазного обследования сказать что-то более определенное было пока невозможно.

О находке поставили в известность заказчика работ — государственную компанию «Автодор», которая ведет строительство трассы М-11. Заказчик дал добро на более тщательное обследование находки. И вот в августе вместе с членами новгородского клуба «Аквилон», в число которых входит сын моего собеседника — сотрудник Института археологии РАН Марк Степанов, Айвар Владимирович спустился на дно мутного Волхова.

И мне уже подумалось, что сейчас я услышу интересный рассказ о чудесном корабле, фантастическим образом дождавшемся своего звездного часа. Но археолог Степанов опустил меня с небес на землю, вернее — на дно реального Волхова.

— В этой части Волхова больше всего меня поразило огромное количество мусора на дне, — рассказал о первом погружении к найденному судну Айвар. — По дну реки, как по сточному коллектору, тянется всякая дрянь и цепляется за все, что торчит из грунта. А в этом месте из грунта торчат шпангоуты. Первоочередной задачей стала расчистка выступающих частей судна от полиэтилена. Первые два дня мы только и делали, что разгребали мусор. Видимость в воде нулевая, все приходилось делать на ощупь. А без очистки сориентироваться вообще было невозможно.

И куда ж вы плыли, древние новгородцы?Расчистка дала понять, что из грунта торчат два ряда шпангоутов, расстояние между ними — 6,5 метра. Один штевень (толстый брус, служащий основой кормы или носа корабля) — вертикальный, у него абсолютно штевневый профиль с фасками для досок бортовой обшивки. В штевне торчат деревянные (нагели) и кованые гвозди, верхний пояс обшивки не сохранился. В самих шпангоутах есть нагельные отверстия. Все эти подробности свидетельствовали о том, что судно выполнено по традиционной и давно утраченной технологии. И это еще подтвердило: оно является достаточно древним, по крайней мере, никак не из двадцатого века.

А еще внутри водолазы нащупали кирпичики! Подняли наверх пять штук. Эти кирпичи со дна Волхова — не первые в практике новгородских подводных археологов. В прошлом году в районе современного пешеходного моста в Великом Новгороде на дне реки были найдены остатки древнего судна. Именно остатки, кусок корпуса небольшого деревянного судна. И там же — кирпичи.

Айвар Владимирович показал мне эти кирпичи, поднятые в прошлом году. На одном из них отпечаталась лапа кошки (или небольшой собачки): пока кирпичи сушились, по ним пробежали средневековые животные. Нижняя сторона кирпича отличается от других, на ней есть обсыпка — песчаная и из кирпичной крошки, чтобы не прилипал к поверхности, на которой сохнет. Высота кирпича — 5,5 сантиметра. Позднее этот строительный материал эксперты датировали XV веком.

Такая же высота — 5,5 сантиметра — была и у кирпичей, поднятых в августе у деревни Ситно. Фактура материала, включения, подсыпка очень похожи. Интересно, правда? И хочется верить, что все это не случайно и даст историкам зацепку, позволяющую узнать новые подробности жизни средневековых новгородцев.

Одним из наиболее надежных методов абсолютной датировки в археологии является дендрохронологический, основанный на анализе древесных колец деревьев. Однако пилить деревянные части найденного судна казалось варварством. А кирпичики — пусть косвенный, но хороший вариант. Просто удача, что они оказались на борту! Благодаря этим кирпичам оперативно, еще на берегу, и прикинули возраст найденного судна. А позже доктор искусствоведения Владимир Седов и кандидат искусствоведения Илья Антипов датировали эти кирпичи 2-й половиной XV века.

Изучение затонувшего с грузом кирпичей корабля, по словам начальника Новгородского отряда архитектурно-археологической экспедиции СПбГУ Ильи Антипова, представляется невероятно значимым для понимания процессов организации строительного производства в Древней Руси. Так, архитектором Сергеем Лалазаровым была высказана гипотеза о доставке из Новгорода плинфы для строительства ладожских храмов середины XII века. Мы предполагали, что в середине XV века корабли возили из Новгорода кирпичи для строительства двух церквей в Среднем и Нижнем Поволховье (Никольские храмы в Полистском и Гостинопольском монастырях). Теперь эти версии получают первое и вполне убедительное подтверждение. Очевидно, что именно в Новгороде находился центр кирпичного производства, отсюда речным путем его перевозили к месту предполагаемого строительства.

Начальник Новгородского архитектурно-археологического отряда Новгородской археологической экспедиции Владимир Седов после осмотра находок также склоняется к тому, что наиболее вероятная датировка — 2-я половина XV века.

— Вот и все, что мы пока знаем об этом судне, — подытожил рассказ о находке археолог Степанов.

И куда ж вы плыли, древние новгородцы?Не сенсация, но уникально
А у нас, любопытных граждан XXI века, уже накопилось много вопросов, касающихся древнего судна. Например, в какую сторону оно плыло?

— В процессе затопления судно могло развернуться, поэтому строить версии без толку. А вот над вопросом, куда оно должно было доставить кирпичи, можно поразмышлять, — отвечает Степанов. — По исследованиям петербургского археолога Ильи Антипова, в низовьях Волхова монастыри строились из новгородского кирпича. Поэтому и наша прошлогодняя находка в Волхове, и эта укладываются в данную версию.

— А действительно ли на этом судне много кирпичей?

— Да, мы прощупали ил с помощью зондов и выяснили, что в длину с 6-го по 18-й метр и на глубину до одного метра — сплошные кирпичи. На древних судах кирпичи могли быть в двух случаях: либо это очаг для приготовления пищи, либо это строительный материал. В данном случае это явно не очаг, груз достаточно большого объема и тяжелый, вполне вероятно, что он и послужил причиной затопления ветхого судна.

Может, новгородцы еще не осознали того, что могут стать свидетелями чего-то сенсационного. Впрочем, сам Степанов слово «сенсация» не любит. Говорит, что это удел любящих горяченькое журналистов. Ему по душе более спокойная характеристика — уникальная находка.

— Различных деревянных корпусов на Волхове найдено уже немало, — объясняет он. — Но большинство из них лежат под берегом. Скорее всего, они просто были брошены и со временем развалились. И явно пустые. К тому же многие из них достаточно поздние — примерно XVIII—XIX веков. Это такие суда, как берлина, коломенка, струг, расшива. У судов того периода широкая классификация в зависимости от того, где их строили. Все они интересны историкам, но гораздо больший интерес вызывает новгородский средневековый водный транспорт. Потому что по судостроению тех далеких времен у ученых нет НИ-ЧЕ-ГО!

В летописных источниках упоминаются два типа крупных судов, существовавших в Новгороде в то время: учаны и лодьи (именно такое написание с ударением на первый слог). Лодьи противопоставлялись учанам, предполагается, что они были узкими, длинными, ходили на веслах. Учан — грузовое судно, каким образом оно передвигалось — при помощи паруса или завозом, однозначного ответа нет.

Есть еще один тип судна — павозок. Он упоминается в летописях относительно реки Волги, а не Волхова. Тверской князь там разгромил торговый караван, новгородские и московские купцы понесли ущерб. Было захвачено 40 павозков, остальные утоплены.

Вот такие варианты крупных судов, которые могли быть в средние века на Волхове, назвал Айвар Степанов. Как они выглядели — современные ученые толком не знают. Детальной письменной информации нет, а графическая — весьма условная. Что из них лежит на дне Волхова? Поживём — увидим!

Зафиксировать все финтифлюшки
Будем надеяться, что увидим. Потому что не все так просто. И сам Степанов не очень оптимистично высказывается на этот счет. А кому как не ему знать, насколько все в этом мире зависит от денег.

У новгородских подводных археологов давно созрела идея создать музей, посвященный новгородскому судостроению. Однозначно: в Великом Новгороде есть что поднимать со дна, исследовать. До сих пор новгородское средневековое судостроение изучалось по материалам археологических раскопок на суше. Древние новгородцы — люди рачительные, когда судно приходило в негодность, его части использовали в хозяйстве. Из шпангоута могли сделать подпорку под крышу сарая, а кусок палубы приспособить под стену хозпостройки. Такие остатки речных судов и находят археологи на раскопках в Новгороде. Однако по обломкам сделать классификацию невозможно.

И куда ж вы плыли, древние новгородцы?В нашем разговоре Айвар Владимирович упомянул, как сотрудник Института археологии РАН археолог Геннадий Дубровин в своей кандидатской диссертации, посвященной древнерусскому судостроению, сделал вывод: только подводная археология поможет открыть неизвестные страницы судостроительной истории. Ученые делают ставку на подводных археологов!

Ведь что мы имеем? В 1996 году отмечалось 300-летие Российского флота. Датой отсчета считается 20 октября 1696 года, когда Боярская Дума по указанию Петра I приняла «статьи», регламентирующие содержание крепости Азов. Одна из статей тогда указала: «Морским судам быть». А между тем в летописях есть упоминания о новгородских купцах на шведском острове Готланд. И было это еще в XII веке! На Готланде у новгородцев в те времена была своя фактория, есть сообщения о разборках на берегах Балтийского моря с ганзейскими купцами. На «наших» нападали, грабили, отбирали товары. Флот был, это факт, но техническая сторона темы скрыта под толщей вод.

— Пока не было найдено выдающегося экспоната, мало кто понимал, зачем нужен музей, — говорит Степанов. — Сейчас такой уникальный экспонат — средневековое судно — появился. И людей, сомневающихся в том, что Новгороду нужен  музей древнерусского судостроения, уже нет.

У новгородских археологов имеется большой и успешный опыт работы с деревянными находками, в музее-заповеднике есть лаборатория консервации мокрой древесины. Но она работает только с небольшими находками, а тут необходимо подвергнуть обработке целое судно! Для этого нужна большая консервационная база. И речь идет о десятках миллионах рублей, точную сумму специалисты пока даже не готовы назвать.

Но и до консервации предстоит сделать массу работ. Айвар Степанов конкретно разъяснил, как это будет происходить:

— Первый этап — это исследование. Прежде чем что-то делать с объектом, необходимо снять с него максимум информации. Нужно тщательно все замерить, изучить все элементы, зарисовать каждую «финтифлюшку» — произвести полную археологическую фиксацию. Это необходимо и для планирования проекта подъема. Документы направим на историко-культурную экспертизу, и если все будет сделано правильно, то приступим к спасению судна.

Спасение — это перенос объекта в место, где ему не будут угрожать строительные работы. С точки зрения археолога, это может нанести объекту непоправимый урон.  

— Придется освободить судно от грунта, который служит консервирующим слоем. Кислород, бактерии начнут его уничтожать. Даже если мы его просто переместим подальше от стройки, не вытаскивая на поверхность, и замоем обратно грунтом, это не послужит ему на благо, — считает Степанов.

Объект культурного наследия
На совещании в Правительстве Новгородской области, посвященном уникальной находке в Волхове, все чиновники в один голос говорили, что спасти древнее судно — дело чести. Вице-губернатор Александр Смирнов дал соответствующие поручения руководителям департаментов и организаций, которые будут заниматься этим вопросом.

Все осложняется тем, что сроки строительства моста поджимают. По сути, строители могут подождать только три месяца. За это время судно необходимо все-таки убрать со стройплощадки.

Сейчас всё, что касается уникальной находки, курирует госкомпания «Автодор» и, в частности, Инженерно-технический центр специальных работ. Волей случая дорожникам выпала честь прикоснуться к древней истории, и надо отдать должное — они готовы сделать все, чтобы сохранить для потомков доставшийся им «приз». На берегу строится лагерь для подводных археологов, докупается оборудование. Сделана заявка на получение открытого листа-разрешения на право производства раскопок. А само судно признали объектом культурного наследия.

Руководитель Центра Евгений Паль считает, что за отведенный срок выполнить перемещение судна реально.

— Такой опыт уже есть, правда, не у нас. Судно мы оставим на той же глубине, — говорил он на совещании в Правительстве области. — Поместим его в специальную жесткую конструкцию типа стапеля и переместим подальше от строительства. 

*   *   *

Чем больше подробностей узнаешь об уникальной находке, тем роднее и ближе она становится. И верится, что несмотря на сложную экономическую и политическую обстановку Россия найдет возможность сохранить древнее судно. Находка хоть и местного масштаба, но значения — государственного.

Найденное судно уже получило имя «Ситно-1» — по названию деревни, у которой оно обнаружено. Цифра означает порядковый номер находки. «Ситно-2» уже тоже найдено. В 350 метрах от первой находки подводные археологи обнаружили еще судно или плавсредство. Но оно уже совсем из другой эпохи — времен Великой Отечественной.

Ольга ПАРИЦКАЯ
Фото автора и Айвара СТЕПАНОВА

Опубликовано в газете 25 сентября

Оцените материал:
количество голосов: 0
0.00 out of 5 based on 0 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить