Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

Чёрная быль

09 : 37    |    25.04.2014

26 апреля – День памяти аварии на Чернобыльской атомной электростанции

Мне нравится общаться с людьми, потому что именно сами люди оставляют след в памяти. Без них любые события безлики и непонятны до конца. На днях довелось познакомиться с одним очень интересным человеком – Владимиром ЛОБАНОВЫМ из деревни Радиваново. Это произошло накануне печальной даты – аварии на Чернобыльской атомной станции, в ликвидации последствий которой он принимал участие. Сейчас катастрофа забывается, но тогда она стала грозным предупреждением всем, кто поверил, что атом уже покорили и сделали мирным.

Были сборы не долги
Будничный февральский день 1988 года для Владимира начался вполне обыденно. Ранним утром он спешил на работу, где у него, заведующего подсобным хозяйством завода имени 24-го Партсъезда (теперь «Трансвит»), дел всегда было невпроворот. Шутка ли – следить за скотным двором: 600 хрюшек, бурёнок 350 голов, а ещё и нетели! Надо проконтролировать, чтобы все животные были вовремя накормлены, обихожены. С коллективом обсудить проблемы и успехи. Плюс к тому – оформить целую груду бухгалтерских документов. К вечеру он уже валился с ног и мечтал только об одном – отдохнуть. Пришёл домой, а там – повестка из Новгородского военкомата с требованием срочно явиться на сборный пункт и пройти медкомиссию. Явился и прошёл. Следом новый приказ: прибыть немедленно с вещами.

– Учебная тревога, – успокаивал себя Владимир. – Проверят пунктуальность, готовность и отпустят, как было уже не раз.

Но когда следующим утром он пришёл в военкомат, понял, что ошибся. Сборный пункт был похож на растревоженный улей. Молодые, крепкие мужчины переговаривались полушёпотом, строили предположения. Куда направят, почему такая срочность и секретность? Никто ничего не знал. Не было даже времени толком собраться и предупредить родственников о возможном отъезде.

Военные ничего объяснять не стали – сообщили только, что группа новгородцев едет на учения в Ивантеевку Московской области. Однако, когда автобус тронулся, все увидели, что дорога ведёт совсем не в первопрестольную, а в другую столицу – северную. Приехали в Ленинград. На Витебском вокзале десант высадили, перед отправлением распределили по местам в поезде, который следовал на Украину. Целый эшелон «призывников» набрался: из Вологодской, Архангельской, Ленинградской, Новгородской, других областей. Все догадались, что место следования – Чернобыль…

Думали друг о друге
Супруга Владимира Татьяна металась в тревоге. День, два, третий прошел, а от мужа нет вестей. В военкомате никакой конкретной информации получить не удавалось: учения, говорили. И только когда через неделю она открыла письмо со штемпелем села Горностайполь в Киевской области и осознала, где находится её муж. В дни и ночи ожиданий Таня вспоминала, как они познакомились в городском общежитии Архангельска. Как она, на спор, отвоевала его – высокого, статного красавца у многочисленных воздыхательниц. Сначала это была игра: переглядки, флирт, а потом он сделал предложение, которое закончилось свадьбой и появлением на свет двойняшек.

Вспоминала Татьяна и о том, как они мотались по деревням Новгородского района в поисках то жилья, то работы. Долгое время из Борков, где снимали квартиру, Володя ездил в Новгород на химкомбинат, который тогда активно развивался, и где ему обещали квартиру. Вставал в пять утра, шёл пешком шесть километров до деревни Фарафоново, а уже оттуда на рейсовом автобусе – до «Азота». По-другому в те времена до «химии» добраться было невозможно. Возвращался домой за полночь, подчас на попутках. И всё-таки ему везло в жизни. Квартиру семье дали. Владимир из простого грузчика вырос до востребованного сварщика. Потом, когда окончил кооперативный техникум и сельхозинститут, работал на разных ответственных должностях. Словом, семья жила в достатке, размеренно и спокойно. И вдруг – Чернобыль…

Она просто ждала целых восемь месяцев – 239 дней и ночей.

Чёрная быльКак там жилось?
Когда мы с начальником отдела районного комитета социальной защиты населения Людмилой Бушниной были в гостях у Владимира Лобанова, он рассказал, что даже через два года после взрыва многие ликвидаторы аварии работали вахтовым методом, причём на реакторе счёт шёл на секунды! Среди «партизан», как их называли, в большинстве своём были украинцы и белорусы. Русский лагерь Ленинградского военного округа, где проходил сборы Лобанов, располагался рядом с пожарной частью на реке Припять. Именно отсюда отправлялись тушить реактор самые первые ликвидаторы. Чуть дальше стояли один за другим полки Прибалтийского, Закарпатского, Уральского, Ташкентского округов. Все размещались в 30-километровой защитной зоне.

– Но ветер-то не по дороге ходит и направление меняет, – грустно шутит Владимир Лобанов. – Многие хватанули свои смертельные рентгены. Их уже давно нет в живых.

Владимир объяснил, что он и его товарищи, призванные из Ленинградского округа, жили в щитовых домиках. Это считалось лучшим, «офицерским» вариантом, потому что в других лагерях люди размещались в обычных палатках. У одних были свинцовые плиты на земле – защита от облучения, у других – ничего. Единственное средство защиты от радиации – респираторы. Молодых ребят, если они работали на четвёртом блоке хотя бы неделю, отправляли домой...

– Солдатам вешали на шею вот такую штучку, – Владимир показывает нам крохотную металлическую коробочку. – Это накопитель радиации. Раз в десять дней приезжал их Киева дозиметрист, снимал показания. Но количество рентгенов, как правило, занижали. Сначала предельно допустимой считалась доза 25 бэр, а ставили 23… Одни работали на могильниках, другие – на расчистке территории, третьи мыли после всех операций технику. Кто сколько на самом деле «поймал» радиации – тайна.

– Почему настоящие данные не регистрировали? – интересуюсь.

– По простой причине. При повышенном облучении ликвидатору нужно было выплатить 12 средних по стране окладов. Радиации всем хватало, а денег – нет…

– А как было организовано питание? – спрашиваю у Владимира.

– Тех, кто работал на реакторе, кормили просто шикарно, по талонам – 3 рубля 60 копеек в день. Красная икра, морская рыба, мясо каждый день были на столе. Ещё дополнительно – фрукты.

Владимир в Чернобыле работал сразу на трёх должностях. Был кладовщиком, заведующим столовой и начальником продовольственного обеспечения. Работал, как признаётся, по 16 часов в сутки. Уставал очень, но согревали мысли о семье. О том чернобыльском времени у него сохранились не только воспоминания, но и несколько благодарственных писем и почётных грамот от начальства воинской части.

Вот выдержка из одного наградного листа: «Просим вас довести до сведения трудового коллектива о примерном выполнении товарищем Лобановым своего конституционного долга. Выполняя задания Советского правительства в необычной обстановке он уверенно прошёл испытания на мужество и стойкость...». В другом документе говорилось, что ни у кого, кто привлекался новгородским военкоматом в Чернобыль, не было столько благодарностей, как у Лобанова. За те трудные 239 дней он удостоен медали «За спасение погибавших».

Память не отпускает
…Владимиру повезло ещё и в том, что удавалось общаться с женой – знал пароль оперативной военной связи. Он ей по телефону: «Как дела?». А от Татьяны, понятно, каждый раз вопросы: «Не опасно? Ты себя бережёшь? Когда домой?».

Дождалась. Муж вернулся, окончил Московскую государственную академию труда и социальных отношений. Почти до самой пенсии работал заместителем директора ООО «Теплоэнерго», а потом коллеги единодушно избрали его председателем профкома предприятия.

Но память не отпускает и до сего дня.

– Самая большая нагрузка, – признался, – моральная. Огромные деревни и сам Чернобыль – пустые, только форточки в окнах хлопают. Машины брошены, бельё на балконах висит… Первые дни, когда только приехал, очень болела голова. А потом ничего, вроде. Может, организм привык.

Сейчас Татьяна и Владимир Лобановы живут в красивой деревне Радиваново. Приусадебный участок похож на маленький и живописный лес. Здесь и кедры, которые плодоносят, и сосны, и голубые ели. Ландшафт такой, что иному дизайнеру и во сне не привидится. Посреди хвойного царства – зеркальная пирамида. Хозяин уверен, что она притягивает хорошее настроение, здоровье и удачу. Но самый главный позитивный настрой создаёт супруга-хозяюшка Татьяна. А ещё, конечно, дети, внуки и любимая правнучка Танюша.

Светлана ЛАПТИЙ
Фото автора

 

Оцените материал:
количество голосов: 0
0.00 out of 5 based on 0 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить