Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

Один день из жизни Тёсово-Нетыльского

15 : 56    |    20.09.2013

Выйти из трудной ситуации всегда сложнее, чем найти туда вход

Не знаю, чем притягивает этот поселок. Может, загадочным прошлым, восторженными рассказами о фонтанах и людях, стремившихся сюда в былые времена со всей страны.

Именно отсюда редакция получает больше всего писем, откликов, вопросов, да и подписка на нашу газету здесь одна из самых высоких. Несколько раз я пыталась начать писать про Тесово-Нетыльский и каждый раз откладывала, потому что не могла понять один парадокс: почему, когда под ногами здесь залежи полезного ископаемого — торфа, поселок влачит такое жалкое существование, что впору снимать фильм-катастрофу?

Пятая нога
Значит, нам туда дорога — на когда-то градообразующее  торфопредприятие «Тесово-1». Два месяца назад наша газета писала, как областная прокуратура призвала к ответу руководство этого предприятия, которое накопило немалые долги в бюджеты различных уровней. Тогда краснеть на ковре пришлось Галине СЛЕПЦОВОЙ, замещавшей  директора. Она объясняла, что долги появились не от хорошей жизни. В свою очередь и предприятию есть с кого спросить — «Новжилкоммунсервис», признанный теперь банкротом, остался должен 4 миллиона рублей.

Общий же долг торфодобытчиков составляет 15 миллионов рублей. Директор только успевает готовить документы в различные суды, пытаясь уменьшить эту сумму. Значительную часть долга составляют деньги за аренду торфополей, расположенных в Ленинградской области, на которых ведет добычу предприятие. Как объяснил директор Николай ФИЛКОВСКИЙ, долгое время стоимость аренды за год укладывалась в 200 тысяч рублей, но в 2010 году им вдруг выставили счет на 3 миллиона. По какой-то причине собственник поменял категорию земли, и платеж стал рассчитываться с повышенным коэффициентом. Сейчас через суд пытаются оспорить законность этого нововведения. Но долг висит, а пени капают.

Вообще, 2010 год здорово подкосил финансовое положение предприятия. В то лето заготовили торф для трех котельных поселка, но вдруг «Новжилкоммунсервис», в то время еще «живой», решил перевести две из них с торфа на уголь. От такого неожиданного маневра торфопредприятие впало в ступор. Во-первых, никто не понял такой необходимости, ведь торф — местное топливо, лежит под ногами, а уголь надо везти из Кузбасса. А во-вторых, для заготовки торфа взяли кредит, который теперь было нечем отдавать.

Вот так разом навалились неприятности. Пришлось сокращать работников, оказалось под вопросом начатое производство торфобрикетов. А главное — директору, который обивал пороги районной и областной администраций, никак было не добиться ответа на вопрос: почему Новгородской области не нужен торф?

Мне приходилось слышать мнение, что торф здесь заготавливают плохого качества. Директор же недоумевает:

— В прошлом году мы поставили пробную партию торфа в Финляндию на теплоэлектростанцию, сегодня они готовы брать у нас 14 тонн в месяц. Мы такой объем просто не потянем, не хватит мощностей.

Не потянут, тем более — сейчас, когда не подготовлены поля для добычи (как мне рассказали, их необходимо готовить годом раньше). А еще остро стоит проблема с ГСМ: топливо для техники приходится брать за наличку, а счета предприятия уже полтора года как заблокировали из-за долгов судебные приставы. Замкнутый круг. Недавно в счет кредита, который взяли для закупки ГСМ, пришлось заложить в банке экскаватор.

— Акционеры предприятия обещали оплатить кредит, но уже тянут целый месяц. К концу недели банк запретит эксплуатацию техники, если не получит денег, — вздохнул директор.

Загадочное слово «акционеры» здесь употребляют часто. Нет, смысл понятен, предприятие — акционерное общество. Судьба производства и людей зависит от собственника. А его в последние годы торфоразработки как-то мало волнуют. Филковский и сам не понимает, почему. Но вот так сложилось. Акционеры — за пределами области, основное направление у них — металлургия, а торфопредприятие — как пятая нога: и не нужна, и бросить жалко.

И сказка станет былью
Одна из ветеранов производства — Галина Слепцова. Здесь работает почти вся ее семья. Сын — экскаваторщиком, невестка — в управлении, муж, правда, уже вышел на пенсию. Она и сама на пенсии давно, но не уходит. Говорит, что силы работать есть, а вакансий в поселке нет, вот и трудится здесь, хотя морально стало очень тяжело. Особенно после того, как попала под разнос в областной прокуратуре.

Галина Васильевна приехала в Тесово-Нетыльский после окончания института в 1969 году вместе с мужем, который отсюда родом. Сама же она из Псковской области, из Заплюсья, это тоже поселок торфоразработчиков. Говорит, когда ехала сюда, все ей завидовали: рядом Ленинград, Новгород, поселок чудный, предприятие огромное. Но как-то быстро прекрасные годы пролетели, наступили 90-е. Торф стал никому не нужен, закрыли программу повышения плодородия почв, по которой сельхозники получали торф, взвинтили цены на перевозку железнодорожники, к предприятию присоединили транспортное управление с их долгами… И сказка закончилась. Предприятие стало акционерным обществом, сначала акции купил один хозяин, потом перепродал другим.

— Но мы как-то карабкались, приобрели экскаватор, несколько тракторов. В 2010 году взяли кредит 5 миллионов, заготовили торф, а котельные вдруг перевели на уголь, — поведала Галина Васильевна опять ту же грустную историю трехлетней давности.

Здесь постоянно ищут инвесторов и постоянно кто-то есть «на примете». Но до сих пор ничего не складывалось. А в этот мой приезд и директор Николай Филковский, и глава поселения Николай ВЕЛИЧАНСКИЙ уверяли, что нашелся серьезный и надежный инвестор, имеющий влияние в разных кругах. У него есть планы со строительством здесь ТЭЦ, зарплатами под 30 тысяч и прочими благами. Скрестим пальцы, чтобы все срослось…

Атланты держат… крышу
День моего приезда в Тесово-Нетыльский был чудесным — бабье лето. Хотелось просто пройтись по поселку, найти какие-то изменения, произошедшие со времени моего предыдущего приезда сюда год назад. Скажу сразу: нашлось их совсем немного. Вот одна из местных «достопримечательностей» — недострой, заброшенный лет двадцать назад, и, похоже, он готовится исчезнуть с карты поселка. Дом начали разбирать. Заметив мой интерес к груде кирпичей, проходящий мимо мужчина печально произнес:

— А ведь дом был практически построен.

Он собрался, как водится, поругать власть, но другой прохожий, поздоровавшись, обратился ко мне:

— Интересуетесь нашей жизнью? Пойдемте, я вам еще кое-что покажу.

И мы пошли. Моим провожатым оказался Дмитрий ЧУДИН, сотрудник районного Центра внешкольной работы, в поселке он занимается с детьми спортом. Дмитрий Валентинович привел меня в манеж — местное спортивное сооружение. До сих мне приходилось про него только слышать…  И все получилось в точности по народной мудрости: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Внешне ничем не привлекательное одноэтажное здание внутри оказалось  огромнейшим спортивным сооружением. Один зал с беговыми дорожками — для легкой атлетики, другой — для командных игр с мячом. Все было построено с большим размахом. А теперь… Посреди зала стоит подпорка, которая удерживает потолок от обрушения. Но ходить по залу без опаски все равно нельзя, страшно от одного вида этой немыслимой палки, которая работает «атлантом» здесь уже три года.

Дмитрий Чудин с гордостью показал старый стенд с фотографиями бывших воспитанников — чемпионов области. И по сей день теннисисты, гиревики Тесово-Нетыльского показывают замечательные результаты. Сейчас во всем спорткомплексе Чудин работает один — он и тренер, он и подсобный рабочий, а в день моего приезда как раз ремонтировал полы. На мои ахи, охи и риторический вопрос: «Ну как могли развалить такое сооружение?» Чудин только пожимал плечами. Чувствовалось, что и у него сердце обливается кровью.

Дом есть, а «угла» нет
В духе построек сталинской поры — внушительное здание Дома культуры. Но внутри он оказался не таким основательным. Заменить бы тут двери, окна, сделать современный ремонт — и тогда …

— Да что двери… Крыша — тут самое главное, — спустили меня на землю работники культуры.

Да, крыша значительно подрывают репутацию всей культуры. Но несмотря ни на что тут и рукодельницы собираются, и молодежь эстрадные песни поет, и музей поселка работает.

Заглянув в один из кабинетов, я познакомилась с руководителем кружка рукоделия Людмилой ЗЕЛЕНОВА. Три ее ученицы мастерили кукол. В библиотеке мы разговорились с ее работниками  Еленой ГЕРАСИМОВОЙ и Ниной ФИЛИППОВОЙ о жизни в поселке. Они  не оценили моего юмора (видимо, неуместного), когда я назвала их поселок «медвежьим углом».

— Какой же у нас «угол»! К нам приезжает много интеллигентных людей из Питера, кто-то даже на работу устраивается, кто-то дачами, огородами увлекается. Приходят и в Дом культуры в кружки, на мероприятия. Проблемы, конечно, есть, а у кого их нет! Сейчас в отделении Сбербанка оператор ушла в отпуск. И за месяц всего два раза приезжал из города работник в сберкассу. Представляете, какие очереди в эти дни там! Потому что все мы по картам получаем зарплаты, пенсии, терминал есть только там. С 6 утра очередь занимали. Осталось потерпеть недельку, потом выйдет наша работница.

С грустью о бывших…
Для местных жителей разрушенные дома поселка уже давно стали родным пейзажем. Может, не совсем приятным глазу, но примелькавшимся. Приезжие, как и я, на величественную архитектуру смотрят с уважением к тому прошлому, которое она олицетворяет. И совершенно не понятно, за какие прегрешения эта красота превратилась в пыль веков.

— Вот это — столовая, наверху была гостиница, из ее номеров открывался прекрасный вид на сквер с фонтаном, — рассказала моя экскурсовод по поселку Татьяна НИКОНОВА, пока мы с ней пробирались по зарослям к остаткам признака развитого социализма — фонтану. Вокруг — одичавшая сирень, лопухи. А рука так и тянется к фотоаппарату, чтобы запечатлеть разруху, потому что это кажется нереальным — довести красоту до такого упадка.

Еще один поразительный уголок поселка — «больничный городок». Теперь — тоже бывший, потому что несколько лет назад саму больницу ликвидировали, построив на замену отделанный современным сайдингом ФАП. Стало ли лучше от этой модернизации?  Все только вздыхают в ответ.  Стоматолога нет, к врачам-специалистам — только в Трубичино и в город. К слову, билет на автобус стоит 176 рублей в один конец. А чтобы занять сидячее место, лучше прийти на остановку заранее, иначе придется два часа трястись по кочкам стоя.

«Больничный городок» — это комплекс одноэтажных зданий, утопающий в зелени. Рассказывают, что и врачи здесь были замечательные. Сейчас все заброшено и поросло быльем.

А неподалеку — корпус детского дома «Надежда», тоже — уже бывшего, потому что теперь это психоневрологический интернат. Он на стадии становления, оформления документов. И.о. директора Александр ЕФИМОВ с грустью поведал, что в детском доме работали 44 человека, а в новом учреждении будет около 30. Причем существенно изменится профессиональный состав работников. Педагогические кадры здесь будут не востребованы, а вот персонал вспомогательный, медицинский понадобится.

Про инвесторов и веники
Тема занятости в поселке — на особом месте.  На главном предприятии — торфопредприятии — работают всего 58 человек. Труднее всего найти работу женщине средних лет. Молодежь здесь ездит охранять зону в Новолисине, на «Акрон». Кто-то работает на низкооплачиваемых работах в городе. И, наверное, все местные жители хоть раз, да пробовали вязать веники. Этот бизнес тут процветает. Оптовики скупают у местного населения березовые веники и везут продавать в крупные города. Что же это за труд такой?

Особо афишировать свои доходы мне не стали. Но Надежда, с которой мы на улице говорили о вениках, сказала, что руки от вязки устают ужасно, пальцы сводит.

— Если дерево потоньше, то наклонишь его, ветки оборвешь и сидишь связываешь. Я вязала веники на обеде, за час получалось 10 штук. Когда они высыхают, их нужно еще раз перевязать, иначе все развалится. Труд не такой уж легкий, как можно подумать, нужны и сила, и сноровка. А за веник можно выручить рублей 15—20.

Кстати, в городе березовые веники в бане продают по 80—100 рублей…

Николай Величанский — глава поселения или, как его тут величают, мэр. Он всегда удивляет хорошим настроением, оптимизмом и несмотря ни на что строит планы. Вот и нынче уныния в его голосе я не слышала.

— Николай Николаевич, когда крышу почините на Доме культуры?

— Да вот 500 тысяч рублей на эти цели нам выделили, чего, конечно, мало, но будем делать. Крыша — это спасение здания. Но на этом останавливаться нельзя, надо и внутри ремонтировать. Сегодняшний танцевальный зал я бы хотел превратить в современный фитнесс-клуб, чтобы занять в нем молодежь. А для дискотек хватило бы и актового зала.

— А что с манежем?

— Сейчас администрация поселения по закону не имеет права в него вкладываться, это не наша собственность. По-хорошему, надо бы его, как и Дом культуры в свое время, сделать нашим. Но в любом случае без спонсора не обойтись. И нам нужен человек, который будет искать инвестора, теребить предпринимателей, дергать всех и не отступать от цели.

— Видела, ремонт в бане идет…

— Да, уже заканчивается. В прошлом году сделали крышу, в этом — заменили электропроводку, провели капитальный ремонт парилки и косметический ремонт остальных помещений.

Основная цель главы поселения, по его словам, — поиск инвесторов для торфопредприятия. Будет развиваться производство — значит, будет здесь оставаться молодежь, будут приезжать в Тесово-Нетыльский, как когда-то, специалисты со всей страны, будут востребованы школа и детский сад. Но, с другой стороны, архитектурные развалины  в центре поселка могут отпугнуть любого. А уж если узнают про «атланта» в спортивном зале…

И все же… Хочется, чтобы поселок Тесово-Нетыльский, или Рогавка, как его здесь все называют, возродился из руин, как птица Феникс.

Фото автора

Автор: Ольга ПАРИЦКАЯ Оцените материал:
количество голосов: 9
3.33 out of 5 based on 9 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить