Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

Китайские огурцы с берегов русской реки

15 : 44    |    23.08.2012

Скажу сразу – эта публикация не является журналистским расследованием. В ней, не вынося вердиктов, я попытаюсь написать о том, что увидела. На фоне  слухов, что сейчас передаются из уст в уста, возникают вопросы, ответа на которые я, например, найти не могу.

 

Если бы кто-нибудь несколько лет тому назад спросил: а почему в «Березееве» не выращивают огурцы, капусту, помидоры и перцы,  я, наверное, ответила бы так, как рассуждали руководители сельхозпредприятий тех лет: земли для этого не слишком пригодные. Поэтому и был совхоз «Березеево» молочно-товарным. Еще в советский период здесь построили комплекс для содержания скота, современный, вместительный и удобный, где содержались буренки, считавшиеся высокопродуктивными. А на берегах  Волхова в летнюю пору шел сенокос, и сена заготавливали вдоволь. Спроси меня тогда, а вдруг все-таки огурцы, перцы и помидоры на этих берегах начнут выращивать, я бы, конечно, поверила в новое начинание. Но если бы кто-нибудь сказал, что здесь за короткий срок вырастет целый тепличный город, построенный трудолюбивыми китайскими руками, – не поверила бы ни за что. Где страна Поднебесья, а где мы? К тому же, чего-чего, а дефицита этих овощей я не припомню. Даже в период, когда полки магазинов были пустыми, а в народе ходила присказка про «кильки в томате да теток в белом халате», на отсутствие овощей жаловаться не приходилось. В продаже всегда были вкусные трубичинские огурцы, а если вспомнить еще более давние времена, то и в нашем «свиноводческом» совхозе «Трегубово», когда-то совхозе-миллионере, тоже выращивали овощи.  И огурцы, и капусту, и морковь. Следовательно, на прилавках магазинов все это было. В не сезон продавались огурцы в бочках, вполне пригодные для закуски и
рассольника.

 

В последнее время с наших прилавков трубичинские пупырчатые огурчики стали исчезать. А откуда появился новый огуречный продукт, ни в одной торговой точке мне ответ не дали. Как правило, звучало лаконичное – «с базы». Хотя по закону о защите прав потребителей продавец обязан знать, откуда привезен товар и кто его произвел.

«Мы пли-ехали…»
В китайском алфавите буква «р» отсутствует, поэтому  китайцы никак произнести ее не могут, даже если вполне сносно говорят на русском. Для них эта миссия не выполнима.  Впрочем, и мы, русские, как бы ни старались, по-китайски разговаривать – это почти на грани несбыточного. Трудно для нас это, ведь мы совершенно разные и находимся друг от друга далеко. Однако расстояние, как выяснилось, помехой не является. Представителей страны великого кормчего Мао в России становится  больше. И  они не только торгуют на рынках, но и возделывают нашу землю. Причем работают на ней от зари и до зари. И это не преувеличение, а свершившийся факт. Прибытие китайских растениеводов в Чудовский район прошло для большинства из нас незаметно. Я тоже отношусь к этому большинству, хотя всегда готова написать о  новом и хорошем, что есть в нашем районе. Но, увы, о таком важном событии, как приезд китайцев-земледельцев, впервые услышала в миграционной службе и уже потом – в Роспотребнадзоре. Газета уже давала информацию о нарушениях, что были обнаружены во время проверки ООО «Хунвей». Нас же интересовало другое – как растут китайские огурцы и живут производители? Это было основной целью поездки – увидеть и рассказать. Согласитесь, сам факт работы ООО «Хунвей» на русской земле – событие для чудовцев пока неординарное.

Тепличное море
Село Грузино – древняя русская земля.  По одному преданию, его название связано с тем, что по реке Волхов проходил путь «из варяг в греки», а Волхов был большой грузовой артерией. Есть и другая легенда (мне она нравится больше). Ходил по этой земле великий  апостол Андрей Первозванный и на высоком берегу, там, где сейчас находится село, водрузил крест. Какая бы легенда не была более правдивой, но места эти святые для каждого новгородца еще и потому, что каждая пядь земли полита кровью советских солдат, отдавших свою жизнь за то, чтобы мы сегодня могли жить и работать на родной земле. Жить-то живем, а вот кто возделывает теперь эту землю?

Такие мысли, которые кому-то могут показаться крамольными, нашептывает мне мой внутренний голос, пока мы добираемся до корейско-китайских угодий. И с этим я ничего поделать не могу. Однако едем. Сразу за селом дорога на Переход. По одну ее сторону – теплицы, где тоже очень трудолюбивые корейцы выращивают перец и разную зелень, часть которой реализуют на городском рынке. Напомню, что несколько лет назад «Березеево-2» возглавил Климент Пак. Правда, тогда при встрече он заверил, что будет заниматься, помимо овощей, молоком и мясом. Мы даже на центральной ферме побывали, где тогда еще стояли животные, впоследствии отправленные умирать на трегубовские свинарники. Я была в Трегубове и сама это видела. Теперь там, где некогда работали березеевские животноводы, с утра до ночи на тепличных плантациях трудятся корейцы. По другую сторону дороги – вотчина китайского ООО «Хунвей». Глянешь, и взору открывается большое тепличное море. Просто диву даешься, как 50 китайцев за короткий срок сумели соорудить такое? Мой внутренний голос удивляется вместе со мной, известные некрасовские строки подсказывает: «воля и труд человека дивные дивы творят…».

Пытаемся остановиться у наспех сколоченного сарайчика, рядом с которым два биотуалета. Установлены они, как выясняется, после проверок и решения на две недели приостановить деятельность предприятия. В сарайчике, мне рассказывали, раньше ели и спали люди. Под навесом много мешков с селитрой, которой, стало быть, удобряют китайцы производимый в теплицах продукт. Остановиться не получается: машину со всех сторон облепили невесть откуда появившиеся псы. Выйти не рискуем, следуем вглубь большого тепличного хозяйства. А вот и они – передовики китайского труда. Останавливаемся и выходим на разговор.

Цена огурца по китайским технологиям
Рабочий день в самом разгаре. Мы спрашиваем, как найти руководителя. Нам дают понять, что по-русски не понимают. Однако когда я задаю вопрос: как им здесь живется, эти первые встреченные труженики полей отвечают чуть ли не хором: «Ха-ля-со». «Да чего уж хорошего!» – опять возмущается мой неуемный внутренний голос. Грязные бочки, какие-то шланги, везде валяется тепличная пленка,  сами китайцы от разговоров уходят, бегут работать.  На ходу они что-то на родном китайском говорят  собакам, и те от нас отступают. «Надо же, наши собаки, а по-китайски понимают», – не перестаю удивляться я. Хотя здесь удивляться можно многому и прежде всего трудоспособности китайцев, которые за короткий срок соорудили тепличное хозяйство и выращивают здесь немало огурцов и помидоров.  Поговорить с нами готов руководитель бригады из 50 человек, среди которых – 21 женщина и 28 мужчин. Он доброжелателен, приветлив и  неплохо говорит по-русски. Правда, я не сразу могу понять, как его зовут. И тогда он сам пишет в моем блокноте: Сун Хун Вей. На вопросы отвечает сдержанно, а от некоторых просто уходит, делая вид, что не понимает. Один из них: сколько селитры вы используете?  Две попытки получить ответ повисли в воздухе. Но я  не сдавалась. На третий раз Сун Хун Вей ответил: «Зачем селитра, земля здесь хорошая, ее чуть-чуть и надо…». «Чуть-чуть – понятие растяжимое», – вновь высказал сомнение мой внутренний голос, и я с ним согласилась.  «А ещё, – жаловался китаец –  ураган прошел, сорвал пленку с теплиц, побил огурцы, помидоры, большой урон нанес. Нет для нас здесь выгоды, нет прибыли. Да и работы начали поздно, в апреле. Лето холодное, помидоры даже в теплицах не краснеют. В общем, одни убытки, да еще на следующий год квоты на работу нам обещают не давать, а мы бы могли приехать раньше и еще плодотворнее работать». Примерно в таком русле мы вели разговор с руководителем  китайцев. Я спросила: «Если нет выгоды и прибыли, зачем тогда снова приезжать?» В ответ получила обаятельную китайскую улыбку. Здесь же встречаем нашего соотечественника.  «Я тоже китаец, – смеется он, – что, похож? Только зовут меня Али Баба». Выясняется, что приехал «Али Баба» за огурцами и повезет их, стало быть, на наши рынки и в магазины. По словам Суна, китайцы продают свой товар по 5 рублей за килограмм. Такова закупочная цена, а вот за сколько реализуют китайские огурцы оптовые покупатели – вопрос открытый. Да и мы в эти подробности вдаваться не будем. Раз приезжают сюда за товаром, значит, он востребован. Вот только какого качества продукт попадает на наши столы – это уже более актуально. Но и на этот вопрос у предприимчивого Суна ответ готов. Он показал мне справку, которую предоставил ему Климент Пак, также закупающий продукцию у китайцев и реализующий ее на  чудовском рынке.  Лаборатория ветеринарно-санитарной службы по Чудовскому району дала заключение, что огурцы соответствуют нормативам.

«Ха-ля-со» по-китайски
Работающие здесь китайцы считают, что живут неплохо. Во всяком случае, сами они так и сказали. Приехали к нам, по словам Сун Хун Вея, из Харбина, почти русского города, где, спасаясь от революции 1917 года, обосновались с тех далеких времен русские эмигранты. И сейчас, я знаю, есть там русская диаспора. Теперь вот и китайцы к нам пожаловали. Велика Россия, места хватит. Ведь сегодня на землях «старшего брата» (так в Китае нас называют) трудится  много их соотечественников. Что они выращивают и какого качества – это уже другой вопрос. Тревогу по этому поводу бьют уже  во многих уголках России, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке, а теперь и на Новгородчине. Что заставляет этих с виду милых и приветливых людей (лично мне напоминающих зомби) ехать в дальнюю даль и жить там в нечеловеческих условиях? Чтобы не быть голословной, расскажу, что сама увидела.

Питаются китайцы более чем скромно: рис и булочка, выпеченная здесь же. Жили там же, где и ели.  Сейчас, после проверок, Сун показал другое жилище в деревне Переход. В полуразрушенном домике почти всю комнату занимает топчан, укрытый картонными коробками, поверх которых лежит много абсолютно новых одеял. Подушки и постельное белье на момент нашего посещения отсутствовали. «Не верь, здесь они не спят», – вновь сказал  мой внутренний голос, и я с ним согласилась. Невооруженным глазом было видно, что отдыхают только на двух односпальных кроватях. Других мест обитания китайских братьев нам не  показали. Но они живут и трудятся до седьмого пота на чужой земле, и им – «ха-ля-со». Какие могут быть комментарии?

Уезжали мы в раздумьях. В багажнике на дорожных ухабах  подпрыгивал ящик огурцов, которым одарили нас китайцы. Какие они на вкус – не знаю, не пробовала. Сердце было наполнено жалостью к этим трудолюбивым людям. Но внутренний голос напомнил, что неплохо бы и о себе, о детях наших и внуках подумать, об их здоровье и о том, что будет на их столах. Седой Волхов, что в переводе «мутная река», молчал. Да и кто ответит, почему на исконно русской территории произрастают теперь овощи, выращенные руками тружеников далеких стран, и какова их цена будет впоследствии?

Фото Анны ВИНОГРАДОВОЙ

Автор: Наталья БЕЛОГИНА Оцените материал:
количество голосов: 1
5.00 out of 5 based on 1 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить