Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

22 июня

15 : 24    |    17.06.2011

«Двадцать второго июня, ровно в четыре часа, Киев бомбили, нам объявили, что началася война…», - эти слова из песни навсегда врезались в память послевоенного поколения. Сдержанный тон четверостишия не мог затушевать трагедию, боль, горе, скрывавшиеся за простыми, но будоражащими ум и душу словами. 22 июня – это было много больше, чем дата. Это была трагедия, не сравнимая ни с какой другой.

Войны не ждали. В сороковом деревня жила размеренной крестьянской жизнью – худой ли, хорошей ли, но стабильной. Какая-то неосознанная тревога была, но официальная пропаганда не подтверждала опасений, убеждая в обратном. Ну а если вдруг… то бояться нам нечего: «Но сурово брови мы насупим, если враг захочет нас сломать», «От тайги до Британских морей Красная Армия всех сильней», «Отбросим врага малой кровью, могучим ударом»…

Но грянул день 22 июня 1941 года. Этот чёрный день одномоментно похоронил все мечты о простом человеческом счастье и разом разделил время на до и после войны. Война вырыла в сознании и душах людей такой глубокий ров, который не смог затянуться за все последующие 70 лет.

Мы, родившиеся в первое послевоенное десятилетие, ещё явственно ощущали дыхание войны. Совсем близкой. Доносившееся от братских захоронений, ещё не оформленных мартирологами погибших. От ближних перелесков, где попадались на глаза пробитые пулями красноармейские каски, гильзы, а то и оружие. Дыхание войны доносилось из каждой избы уже успевших отстроиться на пепелищах деревень – не было семьи, не потерявшей в войну мужа или отца, деда или брата… Ещё свежи были в памяти односельчан женские плачи и стоны, разносившиеся по деревне при получении очередной похоронки. Ещё совсем рядом были для них месяцы оккупации, страха и голода. У нас, детей послевоенного поколения, были родители и бабушки, но немногие могли сказать: «Деда, поиграй со мной». Семейные мужики, попавшие в первый самый страшный призыв, полегли ещё в 41-м, максимум – в 42-м.

Уцелевшие на войне фронтовики жили рядом с нами. Они общались со школьниками, в увешанных боевыми наградами потрёпанных пиджаках выступали на митингах в День Победы. Они были скромными людьми, о войне говорившие немногословно – тяжело давались воспоминания. Бывшие фронтовики запомнились людьми добрыми, мастеровитыми, работящими. Их повседневное поведение явно не соответствовало инициированной впоследствии, в годы перестройки, легенде о поголовном спаивании фронтовиков «наркомовскими ста граммами». Выпить были не прочь, и не из мелкой посуды, но – по праздникам. А наутро – на работу. Почти все они, прошедшие войну от начала до победного конца, ушли в мир иной уже в семидесятые годы…

Наверное, самыми популярные словами, звучавшими в первые послевоенные десятилетия, были два: «До войны». Они звучали в повседневном общении людей, на общественных мероприятиях, за домашним столом.

«До войны» - означало время, когда было хорошо. Слова «до войны» произносились с грустью всякий раз, когда вспоминали ушедших на войну односельчан – и молодых парней, и семейных мужиков, навсегда оставшихся молодыми в памяти земляков, - тех, кто ушёл навсегда «не долюбив, не докурив последней папиросы».

Всё познаётся в сравнении. И довоенная непростая жизнь, отягощённая неблагодарным колхозным трудом за «палочки», повсеместной бедностью, на фоне несчастий, принесённых войной, казалась безоблачной, счастливой. Как годы детства для пожилого человека.

Главный же «водораздел» между «до» и «после» прошёл через семью. До войны – это многолюдная деревня, большие многодетные семьи. «После» - жалкие осколки, потеря почти что всей сильной половины. Война выбила без малого весь мужской потенциал. Несмотря на все прилагаемые в советское время искусственные усилия по возрождению села русская деревня так и не смогла возродиться, подняться до прежнего, довоенного уровня. Выбитый войной людской потенциал оказался невосполнимым.

Видимо, поэтому уже целых семь десятилетий не устаревает, оставаясь вечно актуальным, слоган «Лишь бы не было войны». Все повседневные жизненные неурядицы, во многом являющиеся следствием потребительского отношения к народу властей, – неустроенность, бедность, неуверенность в завтрашнем дне – ничто, меркнут на фоне тех бед, что может принести война. Ничего не может быть страшнее войны. В очередной раз напоминает об этом приближающаяся трагическая дата – 22 июня…

Оцените материал:
количество голосов: 0
0.00 out of 5 based on 0 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить