Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

Дочки-матери

03 : 55    |    18.05.2013

Вы видели — как плачут

старики?

Беззвучно,

без надрыва и истерик…

Слеза сползёт

в бороздочках щеки,

А в выцветших глазах —

желанье верить,

Что нам с тобой

их интересна жизнь,

И где болит,

и что приснилось ночью…

И слышишь ты,

как сердце их дрожит,

И как оно тепла простого

хочет…

Ольга МОРЕВА

Зарисовка об этой женщине должна была быть, как говорится, из другой серии. Планировалась беседа о её послевоенном детстве и крестьянском труде. Но разговор получился совсем не об этом…

В доме было не холодно, хотя его хозяйка — престарелая женщина была одета в тёплый сиреневый халат, поверх которого серая шерстяная кофта, на голове штапельный голубой платок, на ногах невысокие валенки.

«Да, знобит немного что-то сегодня, вот и надела сто одёжек,» — сказала она, словно оправдываясь.

После некоторых предисловий, женщина сменила тему разговора:

— Работала я не лучше и не хуже других. О другом хочу поговорить… Может, поможет кому-то мой рассказ, предостережёт от ошибки, какую я совершила несколько лет назад… — начала моя собеседница. — Только имени моего не называй… Никому не говорю, как мне горько…

Было видно, как Нина Петровна, так назову рассказчицу, старается подавить слёзы.

Тяжело дыша, она присела на диван, что стоял возле иконостаса, рядом поставила тросточку, которая служит ей опорой при ходьбе, и начала свои нелёгкие откровения.

— Не буду много говорить, как сиротой росла, как замуж выходила, матерью стала… Работала наравне со всеми. После выхода на пенсию стало серьёзно подводить здоровье. Муж умер, дом в деревне продала, купила жильё в Марёве — и к больнице поближе, да и доченька рядом. Дом сразу посоветовали оформить на дочку — мало ли что со мной случится, чтобы меньше ей потом хлопот было. Поначалу, пока я полностью могла себя обслуживать, дочь меня навещала, а как я хуже себя чувствовать стала, так она и ходить перестала. Хорошо если раз в две недели зайдёт — буханку хлеба принесёт, деньги за неё возьмет, и уходит…

Как ни старалась Нина Петровна подавить в себе слёзы, они, непослушные, всё же вырвались наружу, и она расплакалась.

— Она далеко от Вас живёт? Может быть, у неё нет времени? — спрашиваю, хотя понимаю — вопросы глупые. Марёво не Москва, можно и пешком обойти, так что расстояние не должно быть преградой для визита к самому родному человеку. В отношении времени могут быть слегка смягчающие обстоятельства: мы же по жизни так заняты, что на родителей времени, увы, хватает в последнюю очередь.

—… Может, и занята — помолчав, ответила Нина Петровна. — Самой мне всегда мамы не хватало, я ведь говорила, что сиротой росла, а сама как мама, видишь, вроде теперь лишняя. Обидно. А живёт она вон через улицу, — кивнула головой Нина Петровна на окошко, указав примерное место жительства дочери, и начала нервно перебирать ладони своих натруженных рук.
Возле печки аккуратно лежала небольшая охапка дров.

— Да я не пропаду, дров и сама понемногу принесу. А водица в избе есть, — словно предугадывая мой вопрос «кто же носит дрова?», пояснила собеседница.

— За Вами могут закрепить соцработника…, — говорю.

— Не надо мне соцработник — домик-то небольшой, не холодный — сама справлюсь. Да и не полагается мне соцработник, если дочка вместе со мной прописана.

— Кто Вам такое сказал?

— Доченька и сказала, — ответила Нина Петровна, словно немного успокоившись. (В действительности, закон предусматривает закрепление соцработника в данной ситуации вне зависимости от прописки дочери — авт.).

— А волонтёры… Дети, которые помогают старикам…

— Знаю, кто такие волонтёры. Ребятишки-то молодцы — читала про них в нашей газете. Но зачем же я доченьку позорить буду. Скажут, что она меня бросила. Нет, сама справлюсь. Больней мне будет если чужие люди за мной ухаживать начнут, понимаешь? Да и говорю же тебе — не беспомощная я. Просто видеть её почаще хочу, знать, что всё у неё хорошо, не приболела ли, сохрани Господь! Хотя бы посмотреть на неё, да голос услышать.

— А какую же ошибку Вы совершили несколько лет назад? — не давало покоя это признание Нины Петровны в начале разговора.

— Ошибка в том, что дом я на неё оформила раньше времени. Ведь если бы этого ещё не было сделано, не забыла бы она про меня, навещала бы… Вот и хочу сказать, пусть своё жильё раньше времени старики ни на кого не оформляют, а то будут как я — родная кровиночка только в день твоей пенсии и придёт…

Подобных историй наберётся немало, и похожи эти истории, словно близнецы. Самые родные люди становятся чужими. Конечно же, то, что к Нине Петровне не приходит её дочь — это полбеды. Каждый день в СМИ можно встретить ситуации «покруче» — стариков зачастую и попросту выгоняют из родного дома, даже забыв оформить в дом престарелых, при этом наивно полагая, что их дети с ними так никогда не поступят.

Ну а старики наивны, словно дети. Нина Петровна уверена, что отношение дочери к ней напрямую зависит от оформленных на дом документов.
Кто-то, конечно, скажет: «Да ну их, старых — зануды, вечно плачут, что им мало времени уделяют». А в действительности, разве много требует та же Нина Петровна? Единственное, что она хочет — видеть свою дочь хотя бы раз в неделю, поговорить хотя бы пять минут, чтобы знать, что у той всё в порядке. Суровая правда жизни — мы вырастаем и нередко забываем: когда мы были маленькими — мамы нам были нужны. Они угадывали каждую нашу боль, готовые принять её на себя. Мамы готовы взять на себя боль своих детей, даже если те уже сами стали родителями. И всегда ждут нашего хотя бы небольшого внимания, на которое у нас почему-то не хватает времени. Только бы не пожалеть потом о нехватке этого времени — ведь век их не вечен.

Когда я уходила от Нины Петровны, она оставалась всё на том же диване рядом с иконостасом, под которым небольшой столик. На столике лежали несколько потрёпанных листочков из школьной тетрадки в полоску с рукописным текстом. На верхнем листке было написано: Материнская молитва… И вспомнились стихи Зои Чернышовой:

В маленькой комнате

пасмурным вечером

Тихо молилась уставшая мать.

Голосом тихим и очень

доверчивым

Стала с надеждою

к небу взывать:

«Боже всемилостив,

сила небесная,

Будь милосерден

ты к просьбе моей!

Если виновна — карай меня,

грешную,

Но не взыщи ты с дочки моей.

Если когда-то десницею щедрою

Вдруг ты захочешь меня

наградить,

Я обращусь к тебе

с просьбой последнею -

Кровинку мою

от беды оградить…

Фото автора

Автор: Елена ДМИТРИЕВА Оцените материал:
количество голосов: 0
0.00 out of 5 based on 0 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить