Районные газеты Новгородской области
Мы в соцсетях:
Календарь
Мы в соцсетях
Опрос

«Как подобает достойному чести гражданину...»

12 : 44    |    14.08.2016

Один из последних выпусков исторической странички «МВ» был посвящён деревообрабатывающей промышленности на территории нашего района. Сегодня же посмотрим, что сохранили для нас архивные полки о становлении и развитии стекольного производства – былой гордости Малой и Большой Вишеры.

Фабрично-заводская промышленность России в целом быстрое развитие получила во второй половине XIX века – после отмены крепостного права и других реформ того времени. Наши края, естественно, исключением не были: начался переход от кустарного производства и крестьянских промыслов к организации промышленных предприятий, связанных в основном с переработкой местного сырья. К началу XX века на северо-западе новгородская промышленность по основным показателям уступала разве что санкт-петербургской. Наибольшее число крупных предприятий размещалось в местах пересечения водных и железнодорожных путей сообщения в уездах Новгородском, Боровичском и Крестецком, частью которого в те времена являлась Вишера. На арену предпринимательской деятельности тогда вышли представители столичной и московской крупной буржуазии: Кузнецов, Рябушинские. И наряду с ними исторические источники среди прочих называют имена вишерских крестьян Павла и Михаила Курженковых.

ЗАРАБОТАВ первоначальный капитал на торговых операциях, по совету своего управляющего И. Бальдермана они построили два стекольных завода «...и этим дали большой толчок к увеличению посада и к развитию благоустройства оного и благосостояния населения, так как местный рабочий люд получил возможность работать на таковых заводах даже целыми семьями и при усердии зарабатывать значительные суммы».

Вряд ли решение строить заводы далось Курженковым легко. В это самое время в Новгородскую губернию приезжал Менделеев. Гениального учёного интересовала сухая перегонка дерева (проще говоря, получение спирта) и иногда посещала мысль: не завести ли самому заводик, чтобы были деньги. Вернувшись в Питер, Дмитрий Иванович от этой мысли отказался, ведь «надо рисковать, а тут риску никакого нет». Спустя много лет он писал: «Промышленная предприимчивость сложна и условна, всё же начала её кроются в истом трудолюбии, потому что только трудолюбец от добра добра искать станет. В промышленность предпринимаемую надо вложить добро нажитое и много рисковать».

1 июля 1880 года в Маловишерскую посадскую управу поступило заявление: «На основании журнала заседания Маловишерской посадской Думы, 24 апреля 1873 года состоявшегося, покорнейше просим Управу отвести нам под устройство стеклянного завода четыре десятины общественной земли по правую сторону железной дороги по направлению к Санкт-Петербургу, в местности рядом с предложенным к отводу купцу Саламонову пространством земли под устройство кирпичного завода. Каковое пространство земли отвести нам в возможной скорости бесплатно, на двадцать пять лет, с предоставлением к заводу свободного вдоль железнодорожной земли.

Крестьянин Павел Семёнов Курженков.
Крестьянин Михаил Семёнович Курженков».

Вскоре Управа благосклонно отозвалась: «1880 года июля 19 дня в Посадской управе постановлено: просителям крестьянам Павлу и Михаилу Курженковым под устройство стеклянного завода отвести четыре десятины общественной посадской земли, что по правую сторону железной дороги по направлению к Санкт-Петербургу в расстоянии от железнодорожной земли 10 саженей и от 38 квартала Моховой улицы 233 сажени пологой под пашнями Яна Шиллинга.

Из каталога Торгового дома братьев Курженковых

Каковое пространство земли отвести Курженковым в арендное содержание на 25 лет бесплатно, с условием выстройки завода и пущении его в ход в течение года и уплаты 100 рублей неустойки в случае невыстройки и неготовности завода в годовой срок. Находящиеся на означенном пространстве земли строевой и дровяной лес по надлежащем обмере отдать Курженковым за плату по 5 рублей за кубик.

Посадский голова Петухов. Член Управы Пушков. Член Управы Нечаев».

В том же месяце братья составили договор о совместной деятельности, он тоже сохранился и датирован 29 июля 1880 года. Это достаточно объёмный документ, приведём только часть его.

«Мы, Курженковы, согласились между собой выстроить на общие наши средства в Новгородской губернии Крестецкого уезда в посаде Малая Вишера завод для приготовления разных стеклянных принадлежностей для ламп. Приобретение необходимых материалов для завода, уплата рабочим, покупка машин и т.п. производятся нами обоими на общий счёт и по общему согласию.

Всякие суммы, которые потребуются, должны быть доставляемы нами в равных частях, но, если кто из нас внесёт больше капитала, чем другой, то внёсший сей излишек вправе получать из предприятия законные проценты. Каждый из нас должен приложить всё своё умение для наилучшего извлечения законным путём выгод из предприятия и споспешествовать развитию завода всеми зависящими от нас средствами.

Прибыли дела делятся между нами пополам, равным образом и убытки, если таковые будут, должны также падать на нас в одинаковом размере. Расчёт прибылям и убыткам производится ежегодно, причём, если кто из нас пожелает, то может эти прибыли оставить в деле или брать из кассы завода. В случае смерти кого-либо из нас, умершего заменяют его наследники, которые вправе требовать в установленном порядке производство выдела.

За невозможностью определить в настоящее время суммы, потребной на устройство завода, условие это написано согласно Уставу о гербовом сборе на листе бумаги шестидесятикопеечного достоинства. Договор этот хранить свято и нерушимо, подлинному быть у Михаила Курженкова, а копии у Павла Курженкова».

О том, что представлял собой маловишерский стекольно-ламповый завод в 1888 году, можно судить по ведомости, предоставленной администрацией предприятия в уездное полицейское управление. «Мастеровых и рабочих мужеского пола 140, женского – 30; малолетних до 15 лет: 50 мужеского и 90 женского пола. Рабочие живут в помещениях при заводе и на стороне, все отдельно, а не артелями. Число рабочих часов в день – 10. Сбыт изделий производится в Санкт-Петербурге, Москве, на Нижегородской ярмарке и прочих городах России. Производство продолжается круглый год в деревянном и одном каменном здании. Заведует производством маловишерский мещанин Иосиф Бальдерман. При заводе имеются приёмный покой для больных и аптека, доктор и фельдшер».

ВРЕМЯ сохранило для нас и любопытное описание быта рабочих стекольно-хрустального завода в Большой Вишере. В «Вестнике Новгородского земства» №14 за 1903 год рассказывалось:

«...Молодые, начиная с 13 лет, все целиком работают на заводе. Старшие служат кочегарами и сторожами, зарабатывая по 15-25 рублей в месяц, 16-19-летние – макальщиками (12-18 руб.), а 13-16-летние – закальщиками посуды (по 6 руб. в месяц). Взрослые девушки работают в шлифовне на шайбах, получая по 6-12 рублей, а девочки-подростки – в вязальне и браковочной за 6 рублей в месяц.

С устройством завода крестьяне стали больше зарабатывать, но зато и больше тратить. Для примера я записал со слов среднего по состоянию крестьянина деревни Концы Антона Сорокина его приходы и расходы.

«У меня два сына получают на заводе по 24 рубля в месяц, да сам я продам корыт на 40 рублей в год. От телят получаю рублей 100, вот и все мои заработки. Итого 716 рублей. На подати, на волостное правление и земство выплачиваю 17 рублей. Так как покоса мало, то покупаю сена на 40 рублей. На плуги и бороны извожу около 15 рублей. На праздники трачу не менее 30 руб. на каждый. Одной муки белой уходит полмешка, водки от четверти ведра до полутора вёдер. У нас каки-то праздники бездильны: валит комар и муха – всех угощаем. Гуляем три дня. Праздников завитных (заветных) два: Здвиженье и Троица. На пасху и Рождество изводим поменьше, рублей по 7, а на Маслену – много, вить она долга.

На пищу много изводим (рублей 150 в год). Хлеба своего не хватает на полгода, покупаю с Масленой; муку белую, крупу, масло, рыбу берём из лавки. Мясо едим круглый год, окромя межговинья. Кто курит, так изводит на табак 7 рублей в год. Водки, окромя праздников, не пьём. Больше всего изводим на одежду, она вся покупная. Бабы ткут холст, но мало. Да вить свой холст-то дороже: обделать да высинить стоит в три раза дороже, чем купить. Остальное проводим по хозяйству, а молодёжь прогуливает на праздниках. Недоимок нет».

Но завод повлиял на деревню и в другую сторону. В деревне, где старожилы до сих пор ведут замечательно трезвую жизнь, завелись карты, появились пьянство и разврат. Старики-родители не могут бороться с развращающим влиянием завода, так как молодые, зарабатывая деньги на стороне, находятся вне зависимости их. Напротив, уделяя родителям время от времени часть своего заработка, молодёжь тем самым зажимает старикам рты и, до некоторой степени, подчиняет себе. Неудивительно, что вскоре же после основания завода молодёжь стала презрительно относиться к старикам, не получающим такого жалования, как она.

Не может, конечно, не повлиять на умственное развитие и нравственность обитателей деревни и школа, так как по распоряжению Курженковых в заводскую школу воспрещено принимать детей из соседних деревень на том основании, что земство со своей стороны ничего не даёт на неё. Кажется, Крестецкое земство хочет устроить школу в деревне Луга, но пока что в обеих деревнях насчитывается около 40 неграмотных детей школьного возраста».

Подготовила Валентина БАЗАНОВА

Продолжение в следующем номере

Оцените материал:
количество голосов: 0
0.00 out of 5 based on 0 vote

Решите задачу: Проверчный код обновить